Вам нравится Норвегия?

Вы хотите почерпнуть что-то новое об этой замечательной стране?
Или Вы случайно попали сюда? В любом случае эта страница достойна Вашего внимания.

Из Санкт-Петербурга в Финляндию Основное направление нашей деятельности — это поездки в Финляндию (Иматра, Лаппеенранта, Хельсинки, Тампере, Турку и др. ) и Эстонию (Нарва, Тарту, Таллин, Пярну и др. ). В нашем автопарке исключительно комфортабельные микроавтобусы оборудованные кондиционером — все для вашего удобства. Водители в нашей компании высокопрофессиональны и вежливы.

А.О. Подоплёкин. «Советско-норвежские отношения и трансформация внешней политики Норвегии в 1939—1955 гг.»

Превращение собственно советско-норвежских отношений в 19301950-е гг. в специальный предмет национальной историографии внешней политики Норвегии связано главным образом с научной деятельностью историков последнего поколения, таких, как Т. Хетланд, С.Г. Хольтсмарк, Т. Кристиансен, и А. Рёксунд, которые не только расширили диапазон исследовавшихся проблем, но и начали активно вводить и интерпретировать советские источники.

В течение первой половины 1980-х гг. Т. Хетланд изучил вопросы советско-норвежских отношений в связи с проблемой ядерного оружия и так называемого «северного сотрудничества» в конце 1940 — начале 1950-х гг. Он сопоставил отношение СССР к внешнеполитическому курсу Норвегии в 1944—1949 гг. с теориями, объясняющими действия СССР в отношении Осло. Первая — теория «динамического давления», в которой цель Советского Союза определяется как достижение максимального контроля над Северной Европой, вторая — теория «удержания», смысл которого заключался в предотвращении вступления Норвегии в НАТО, или в снижении опасных для Москвы последствий такого шага. Т. Кристиансен, рассматривавший процесс формирования идеологии безопасности и норвежской внешней политики в конце 1930-х гг., пришел к выводам, что «зимняя война» — первая, имевшая место в непосредственной близости от границ Норвегии, — означала для Осло крушение надежд на коллективные системы безопасности и подтолкнула правительство страны к поискам региональных альтернатив ее обеспечения.

Существенное влияние на содержание и выводы настоящего исследования оказали основные заключения и теоретические положения публикаций С.Г. Хольтсмарка, который может быть признан в качестве ведущего норвежского специалиста в области истории политических отношений между СССР и Норвегией. Он разработал такие проблемы, как взгляды Советского Союза на политическую интеграцию стран Северной Европы, значение Норвегии для внешнеполитического курса СССР, воздействие «русофобии» на норвежскую политику, место и роль Шпицбергена в отношениях между двумя странами.

С.Г. Хольтсмарк интерпретирует советскую внешнюю политику в отношении Норвегии в русле концепции о двух векторах международной деятельности СССР — т.н. «революционном» и «реалистическом» («real-politik»). Он указывает, что скандинавское направление не являлось самостоятельном в дипломатии Москвы и Норвегия была лишь объектом экстраполяции принципов политики в отношении ведущих держав. Последнее обстоятельство, попеременно сочетаясь с каждым из двух векторов, приводило к «идиосинкразическому» пониманию норвежской внешнеполитической системы и свободе действий низшей и средней бюрократии МИД СССР. Следствием этого становились советские инициативы по Шпицбергену 1944—1947 гг., неуклюжие попытки предложить пакт о ненападении, а также отрицательное отношение СССР к развитию сотрудничества Северных стран. Эти действия оказали воздействие на формирование политики безопасности Норвегии, подтолкнув ее к кооперации с Западом.

Следуя концепции С.Г. Хольтсмарка, А. Рёксунд развил концепцию, что СССР являлся важнейшим фактором развития норвежской политики. Советский Союз после войны с Финляндией в 1939—1940 гг. и действий в Восточной Европе во второй половине 1940-х гг. воспринимался в Норвегии как потенциальная военная угроза, что стало доминирующим мотивом послевоенной политики безопасности Норвегии, и ее вступления в НАТО.

Необходимо отметить, что достоинством работ С.Г. Хольтсмарка и его последователей является широкое использование материалов советских архивов и прессы, однако представляется, что их интерпретации источников на основе описанной концепции требуют достаточно критического осмысления, а полученные таким образом выводы о реальности «советской грозы» в конце 1930-х и второй половине 1940-х гг., а также о некой «свободе действий низшего и среднего бюрократического звена МИД СССР» имеют более чем дискуссионный характер.

Резюмируя изложенное выше, возможно заключить, что в комплексе работ, в той или иной степени затрагивающих проблематику советско-норвежских отношений, присутствует ряд историографических проблем и противоречий. Таковым, например, является оценка предвоенного норвежского нейтралитета. Кроме того, в отечественной историографии не разработан вопрос об отношении СССР к курсу Норвегии в конце 1930-х гг. на основе источников, доступных с 1990-х гг.

Вместе с тем представляется необходимым и возможным дополнить и развить взгляды советской историографии на значение «лондонского периода» деятельности норвежского правительства и, в частности, на процесс пересмотра им принципов внешней политики Норвегии. Помимо этого, тогда как в зарубежной историографии одно из центральных мест занимает вопрос о политике «наведения мостов», в трудах отечественных историков фактически отсутствует анализ этого феномена. Остаются мало исследованными содержание, специфика и характерные черты отношений между СССР и Норвегией в начальный период «холодной войны».

В современной историографии зачастую присутствует влияние стереотипа о советском государстве второй половины 1940-х гг. как о несомненно негативном факторе, служившем достаточным оправданием для вхождения Норвегии в НАТО. Представляется полезным преодоление крайностей в оценках как российских авторов, исходящих из убежденности в «пугающем» образе «тоталитарного» режима, так и норвежских, уверенных в «имперской» природе СССР, проявлявшейся, например, в действиях по отношению к Финляндии и Чехословакии в 1948 гг.

Помимо изложенного, ни в норвежской, ни в отечественной историографии не получили научной оценки и историко-теоретической интерпретации политические процессы и акции СССР и Норвегии, сопутствовавшие институционализации «особых условий» членства последней в НАТО и начальному периоду интеграции этой страны в структуры альянса в течение первой половины 1950-х гг. Наконец, в ходе развития как отечественной, так и зарубежной историографии остался мало востребованным такой источниковый ресурс, как материалы советской и норвежской периодической печати.

<<   [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] ...  [62]  >>